Владимир Захаров - Севилья

К ночи дорогу совсем заметет. В мокрый асфальт не врезаются шины. Сильный мотор, надрываясь, орет, Как человек на казенной машине Бывший десантник, а после зэка Где-то под Тулой давно без работы. Чтобы хоть как-то поправить дела, Взял этот рейс- на сегодня хоть что-то. Фуру погнал он большую в Москву, Адрес ему на листке написали. К грузу бумаги не дали ему, Но в три конца заплатить обещали. А на дворе злющий месяц январь Землю засыпал сырым снегопадом. Только посты объезжать успевай, К ночи дорога покажется адом. А снег-снежок не радует, на дорогу падает, Хлопьями летает и тихонько тает А снег-снежок не радует, на дорогу падает, Хлопьями летает и тихонько тает Он проскочил все посты до Москвы. С фотки ему дочь с женой улыбались. В город он въехал, и тут же менты С ходу его тормознуть постарались Кто помогал ему: черт или Бог- Только они знают, как он доехал... Вот этот дом среди битых дорог. Пара гудков, и в ворота он въехал. А снег-снежок не радует, на дорогу падает, Хлопьями летает и тихонько тает А снег-снежок не радует, на дорогу падает, Хлопьями летает и тихонько тает Несколько бритых, здоровых ребят Встретили странно и долго ругались. Ну а потом через крики и мат Вдруг стали бить, изувечить стараясь. Старший орал: "Что наделал, козел?! Ты же не должен был, сука, доехать, Ты ведь по ложному следу пошел, Как ты вообще умудрился проехать?!" Бывший десантник, а после зэка Взглядом сверкал, кровью темной харкая. В татуировках сжималась рука. "Деньги отдайте, скоты", - прошептал он. Старший ему тут в глаза посмотрел И что-то в них, ужаснувшись, увидел, Крикнул своим: "Пацаны, много дел". Деньги отдал и хоть тут не обидел... Кровь мокрым снегом стирая с лица, Бывший десантник побрел по дороге. Липкие деньги сжимала рука Путь в дом родной не покажется долгим... А снег-снежок не радует, на дорогу падает, Хлопьями летает и тихонько тает А снег-снежок не радует, на дорогу падает, Хлопьями летает и тихонько тает